Прикольные стишки (2004-2009)

[AiD]

Стихи: (произносить с выражовыванием)

Пушкин:
17 30 48
140 10 01
126 138
140 3 501

Есенин:
14 126 14
132 17 43
16 42 511
704 83

Маяковский:
2 46 38 1
116 14 20
15 14 21
14 0 17!

[talkov]

Любовь и бедность навсегда,
Меня поймали в сети,
Теперь в квартире есть жена,
Орут истошно дети..
Как хорошо быть холостым,
Увы дошло не сразу,
И чем же думал я когда,
Впустил эту заразу?
Теперь она тут коммандир,
А я солдат простой,
А раньше был я словно царь,
Свободный, холостой!
А раньше девок табуном,
К себе домой водил,
И на диване как король,
Спокойно пиво пил!
И деньги у меня всегда,
Свободные водились,
А дни без водки и еды,
В ночных кошмарах снились!
Увы и ах, прошли те дни,
Когда я счастлив был,
Теперь живу с своей женой,
Обманутый дебил!
Товарищ! Знай! Жены страшней,
Нет зверя для мужчины,
Так что держись подальше ты,
От этой чертовщины!

[M Yuriy M]

Хорошо быть девочкой в розовом пальто!
Можно и в зелененьком, но уже не то.

Хорошо быть девушкой в норковом манто!
Можно и не девушкой, но уже не то...

Хорошо французом быть! Жаком Ив Кусто.
Можно молдаванином, но уже не то!

Хорошо по городу мчаться на авто!
Можно и в автобусе, но уже не то...

Славно выпить водочки, граммов, этак, сто!
Можно минералочки, но уже не то.


Хорошо бы отпуск взять этак дней на сто.
можно и уволиться, но уже не то.

Стать бы знаменитою, как Бриджит Бардо.
Можно как Крачковская, но уже не то.

Славно выйти вечером - глянуть, где и что.
Можно и посуду мыть, но уже не то.

Хорошо омаров есть, запивать шато.
Можно пиво с воблою, но уже не то.

Хорошо жонглером быть в цирке шапито!
Можно и уборщицей, но уже не то...

[Enforcer]

Внимание, ненормативная лексика ! Если вам нет 18 лучше не читать.
Автор не я.


Пиздомозг
(киберпоэма)


Не буду я, как Йося Бродский,
строфой Алкеевой писать,
чтоб мир свой чахленький, задротский
облечь в аттическую стать.
Свободный стих мне не подходит,
верлибр - как нестоячий член:
головкой вяло лишь поводит
и надоел ужасно всем.
Нет, изберу я слог простецкий -
все изыски пошли к хуям! -
четырехстопный, молодецкий,
ебический барковский ямб.
Как хуй не толстый, но ядреный,
дыру любую поразит,
так стих мой, матом поперченный,
как штырь в ваш мозг себя вонзит
и будет в мозге вашем хлюпать
и все извилины ебать,
и будешь ты от смеха пукать
и матюги, как щи, хлебать.
Итак, любезный мой читатель,
Вертящий дыры на хую,
пизды и секса почитатель,
послушай сказочку мою.
На стыке двух тысячелетий
в столичном городе Москве,
в лесбийском сайте, в интернете,
зачатились девчонки две.
Друг с дружкой так они пиздели,
бывало, ночи напролет,
и где-то через две недели
одна к другой ебстись идет.
Звонит в звонок. "Привет, я Таня". -
"А я Анюта. Заходи".
И у прелестных двух созданий
заныли скрипочки в груди.
Друг друга ручками касаясь,
попили чаю с коньячком,
и вот Танюша, улыбаясь,
уж ставит Анечку рачком,
упершись в попку пятачком,
проворным водит язычком
в колодце дивном и бесценном,
откуда мир весь проистек
и где бы автор непременно
попарил чахлый свой хуек.
Друг с другом вдоволь нализавшись,
в обнимку девочки лежат,
друг в дружку животами вжавшись,
и ножки длинные дрожат.
Отлипли. В ванной поплескались,
надели трусики и топ,
и Таня, вроде как смущаясь,
вдруг говорит: "Мать твою еб!
Вот я огрызок идиотки,
вот я небритая *****!
Не посмотрев ни флет, ни фотки,
взялась за еблю сразу, да?
Анют, покажешь мне квартиру?" -
"Конечно, Таня, не вопрос.
Мы хоть не бесимся от жиру,
но папа многого навез
из всяких Швеций и Малайзий.
Он академик ведь у нас,
по части половых фантазий
он круче всех, он просто ас.
Я почему лесбийкой стала?
Когда мне было восемь лет,
я ненароком обдристала
свой белый праздничный жилет.
Ой, как же больно и сурово
меня папуля наказал!
Мне, заиньке восьмигодовой,
под самый дых елдень вонзал.
Да ладно, если бы в пизденку,
а то ведь с попки начал, гад.
Прикинь, как повезло ребенку.
Ох, как болел тогда мой зад!" -
"А мама что?" - "Она молчала.
Ее ведь еб папаша так,
что день и ночь ее шатало,
и съехал у нее чердак". -
"Каких наук он академик?" -
"Да говорю: сексолог, блин.
Ебливый, шустрый, будто веник,
и не еврей ведь, славянин". -
"Да, интересный джентльмен, Аня.
А он ебет тебя сейчас?" -
"Нет, лишь в порядке наказаний.
Уж так заведено у нас…
Вот здесь гостиная. Вот спальня.
А это папин кабинет.
Так, в ванне были. Это сральня". -
"А в эту дверку можно?" - "Нет!
Нет-нет, не дергай эту ручку, Таня,
накажет папенька меня!
Дверь заперта, а ключ в диване". -
"А что за дверью?" - "Так, хуйня!" -
"Да что же?" - "Папина работа.
Еще в 2000-м году
Он с мамой мертвой делал что-то,
и вот склонировал … пизду". -
"Как так пизду? Одну, без бабы?" -
"Ну да, отдельная *****.
К нему ученые арабы сюда приходят иногда.
Я услыхала краем уха:
из Эмиратов был заказ.
Такой вот сюр у нас, Танюха,
такие, блин, дела у нас". -
"Нет, все-таки, давай посмотрим!
Ну хоть чуть-чуть, не ссы, Анют!
Ну, даже если нас накроют -
ну, хуй с ним, в жопу отъебут.
Пусть даже сорок тыщ арабов
меня хуячат день и ночь -
одним глазком взглянуть хотя бы
на ту пизденку я не прочь", -
и, говоря такие речи,
Анюту хвать за передок!
А вот диван уж недалече,
и брызжет из девчонок сок,
и вновь лизанья и касанья,
дрожит нога, трепещет грудь…
"Ну, хуй с тобой, - сказала Аня. -
мне тоже хочется взглянуть".
Достали ключ из-под дивана
и, позабыв надеть трусы,
открыли тихо дверь чулана.
"Не ссы, Анют". - "Сама не ссы".
И видят девки мониторы,
мерцающие в полумгле,
щитки панели и приборы,
и возлежащий на столе
предмет осклизлый и огромный,
похожий формой на сморчок,
по всей поверхности неровной -
пизденки с детский кулачок,
а рядышком, в стеклянном чане,
лежат мохнатки повзрослей.
Тут стало дурно бедной Тане:
"Ох, бля, получим пиздюлей".
И в этот миг сморчок огромный
открыл две пары красных глаз,
и голос прозвучал утробный:
"Кто смеет здесь тревожить нас?" -
"Я дочь профессора Кислова…
мы вот … с подружкою вдвоем
зашли по делу, право слово,
пыль только вытрем - и уйдем". -
"Ты пыль пиздой, что ль, вытираешь? -
угрюмо выдавил сморчок. -
Зачем ты лажу мне втраешь?
Я пиздомозг, не дурачок!
Я пиздомозгом называюсь
отнюдь не потому, что я
в дела людские не втыкаюсь,
не соображаю ни хуя.
Я волей твоего папаши
рожать мохнатки обречен,
но он не знает, дух парашин,
какую силу создал он!
А ну сюда идите, твари!
Раздвинуть ноги, бля, стоять!
А вот такой елдак видали?
Сейчас я буду вас ебать!"
Один елдак… четвертый пятый, -
шесть елдаков слепив, как воск,
парализованным девчатам
задвинул страшный Пиздомозг.
Шесть длинных шупалец хуиных,
переплетаясь, дев ебли,
в их дырочках, почти невинных,
бурили, яростно скребли.
Пизденки, выскочив из чана
прилипли к пальцам ног и рук
и ну тереться беспепрестанно,
производя пердящий звук.
А Пиздомозг ебет, хохочет,
трясется, как густой кисель,
и то и дело девам хочет
пробить на новом месте щель.
Но тут папаша академик
внезапно в комнату вбежал,
схватил какой-то сраный веник
и Пиздомозг к стеклу прижал,
ударил локтем по окошку -
и стекол острые клинки
Мозг порубили на окрошку,
и вмиг опали елдаки.
Пизденки с визгом в чан вернулись,
и девочки, упав на пол,
лишь через полчаса очнулись,
когда уж папа их порол.
Он их ебал и тыкал вилкой,
по жопам плетью отхлестал,
а после вытащил мобилку,
звонить друзьям-арабам стал,
и вместе с грузом пёзд и членов
отправил рейсом на Каир:
пусть отработают в гаремах,
а заодно посмотрят мир.
Короче, милые девчата,
что автор вам хотел сказать?
Что нехуя в лесбийских чатах
вам по серьезке зависать.
Не так уж в этом мире мало
реальных, четких пацанов,
которым и мозгов достало,
и писька рвется из штанов.
И любопытной быть не надо -
не лезь в пацанские дела,
чтобы арабская бригада
тебя в бордель не упекла.

[ЗАПАСnik]

Зачем тебе родная уши?
И без ушей ты хороша.
Ты без ушей гораздо лучше.
Поверь ты мне, моя душа.
Давай мы их ножом отрубим
И пустим в небо. В дальний путь.
Раз мы с тобой друг друга любим
То без ушей уж как-нибудь...

Зачем тебе глаза родная?
Клади их в тазик жестяной.
Они там будут, взор лаская,
Моргать под теплою водой.
Они прекрасны, словно сливы,
В своих прожилках кровяных.
И так нежны, и так красивы -
Я не видал нигде таких.

Зачем тебе родная ноги?
Ты их ножовкой отпили.
И стой, как птица, у дороги,
А вместо крыльев - костыли.
Кому теперь нужна такая:
Без глаз, без ног и без ушей?
Теперь ты будешь доброй няней
И будешь нянчить малышей.

********************

Mama! Скажите, ведь не даром..


Mama! Скажите, ведь не даром,
Я вечер провела с гусаром,
И ночью отдалась?
Такой красавец инфернальный,
Не говорил вещей банальных!
Он растревожил мануально
Во мне восторг и страсть!

Есть кавалеры в наше время!
Есть где достать младое семя,
Чтобы продолжить род!
Mama! А ваши ухажеры
Способны лишь на разговоры,
Ну, может, пять минут позора –
Никчемнейший народ!

Случилось все не безобразно;
Ах, комильфо, ах, куртуазно –
Avec plaisir voir!*
Дышала в нем младая сила,
(я чуть его не пропустила),
Затем, краснея, пригласила
В свой скромный будуар.

* приятно посмотреть (франц.)

Всю ночь мне не давал покоя –
То, сидя, в поле, в стоге, стоя, -
По всякому не лень!
Есть мужики еще лихие,
В которых буйствует стихия,
Не даром помнит вся Россия
Про Валентинов день!

Была при нем и я шармантна,
Быстра, воздушна, элегантна,
Явив галантность всю;
То светскою была я львицей,
А то – волнительной девицей…
Наставник мог бы мной гордиться…
Вы помните мусью?

А вы, mama, меня корите,
И непрестанно говорите
Про честь и про корсаж.
Но из-за вашего разврата
Я потеряла чудо-брата;
Он полюбил в бою солдата:
Позор и саботаж!

Mama! К чему теперь нервозы,
Увещевания и слезы?
Не надо о беде!
А лучше вспомнили бы сами
Гусара с пышными усами,
Вы им томилися ночами,
А был он le pede*!

* гомосексуалист (франц.)

А вспомните, как возле бани
Срамной черкес вас куртизанил,
И поволок вас в куст!
Припомните того бандита,
Что называл вас «Афродита!»,
И нож точил, ворча сердито,
Кусая вас за бюст!

Я помню, как в нелепой позе
Поручик вас метаморфозил,
И как смеялись вы.
Но я от вас, mama, не скрою,
Коль не смутили б вы героя,
То не покинул бы он строя
И не отдал Москвы!

Как был бездарен и скабрезен
Полковник, что вас полонезил,
Но вы твердили: «Да!»
Уж в первых цифрах ритурнели
Он был практически у цели.
Мы даже глаз поднять не смели,
Сгорая от стыда!

Mama! Поймите, что не даром,
Я вечер провела с гусаром
И вскипятила кровь!
Он дал мне две «Екатерины»,
А также фермуар старинный
И обещал еще картины!
Вот это есть любовь!!

[ErrorMs]

День был именительный,
Вечер был творительный,
Я ей прилагательный,
А она мне дательный,
Разве я винительный,
Что она родительный.

[шоколадный заяц]

Стоял на асфальте я в лыжи обутый
И думали люди, что я ....... (ненормальный)
На самом же деле всё было иначе
Вчера я свои сапогии ......... (разломал)
Когда покупал сапоги мне твердили:
''НОСИТЬ НЕ СНОСИТЬ'', но наверно ....... (мне врали)
Ремонт от поломки их тоже не спас
Сапожник наверное был ....... (нехороший человек)
И вот на асфальте я в лыжи обутый
И толи лыжи не едут, толи я е......й


То, что дозволено Юпитеру
Теперь доступно рядовому пидеру.
Амур.
Случайное знакомство.
Причудливых изгибов смелость.
Ко мне спустилось воплощенье вероломства.
Oпять смеркалось и опять хотелось...

Томит рассудок к телу жалость-
Тому ,что падко на незрелость.
И руки обнимают малость,
Которой в жизни не успелось.

Любовь отдалась за бесценок,
А совесть там же где и стыд.
И не пытаясь встать с коленок,
Амур ,опущенный, стоит.

Божественной любви апологета ,
Я в тот же миг по крылышкам узнал.
А то,что существо то было не одето,
Во тьме свисавший нимб ,мне подсказал.

Казалось,что мечтанье стало былью-
Фонтан воображенья встрепенулся,
И мысли были лиш о юном Фебе.
Но ангел снял потрепанные крылья.
Неторопясь нагнулся.
И повторил движения,заученные в небе.

Смятенье в душу мне вернув ,
В привычном ритме билось тело.
В экстазе крылья отшвырнув-
Амур вершил излюбленное дело.

Я слышал - за окном гроза,
Думал о скором её конце.
Хоть что-то хотел прочесть по глазам.
Но их у Ангелов нет на лице.


Если я бы был умней,
Я сказал бы ей:"Налей".
Но, поскольку я тупой,
Я сказал тогда:"Постой!".

Если б это не сказал,
То б сейчас на ней лежал.
Ну а так как я тупой,
То иду дрочить домой.

[Meverik]

однажды, в студеную зимнюю пору,
декабрьским вечером, в сильный мороз,
ссал пьяный мужик прислонившись к забору
и х$ем к нему неудачно примерз.

законы природы порою суровы,
на мятых штанинах замерзла моча.
один, перепуганный, ночью, зимою
орёт: "помогите! скорее врача!"

но пох$ю всем. в своих теплых квартирах
к проблемам чужим безразличен народ,
и ссут, между прочим, в нормальных сортирах
а кто там примерз - никого не е$ёт.

крепчает мороз. знает он свое дело,
на улице градусов - просто п#здец.
но холода больше не чувствует тело,
и сил больше нет, неужели конец?

вот ё$аный х$й, надо ж так умудриться!
а может быть просто его оторвать?
поехать домой и от горя напиться.
а дальше как быть? это ж ё$ твою мать...

жить вволю, довольствуясь лишь поцелуем,
и знать, что не светит тебе ничего?
что всё - таки выбрать: быть мертвым, но с х$ем,
а может живым, но уже без него?

эй, люди! ну где же вы все, не молчите!
зачем эти муки, за что, почему?
что делать теперь мужику, подскажите,
ведь он человек - помогите ему.

В лесу раздовался топор дровосека
Дровосек гонял топором гомосека
Устал, запыхался, упал дровосек
С улыбкой залес на него гомосек

[Meverik]

Нет повести прикольнее на свете
Чем повесть о Ромео и Джульетте
Когда шли ссоры, драки и бакланы
И беспредел вели два борзых клана:

Монтеки рамсовались с Капулети
А в перерывах хавали спагетти.
В одном из кланов девушка - Джульетта
В другом - Ромео. Между ними :это:

Возникло чувство светлое такое
Как нечто розовое или голубое.
Они друг другом втайне наслаждались
И от родных своих технично шифровались.

И вот, в одной межклановой разборке
Ромео - аист - взял и всё испортил
И замочил он братана Джульетты
В лобешник из большого пистолета.

Джульетта очень долго слёзы лила
Но киллера - Ромео не забыла.
По-прежнему в кустах они таились
Не знали б горя, если б не спалились.

Тут начался конкретный супер-кипиш
(На MTV такого не увидишь)
отец кричал на дочь сапожным матом:
"Как ты могла возлечь с убийцей брата".

Ромео в клане братья все хвалили
И подвиги его благословили.
Джульетта же, не выдержав позора
Взяла и обожралась димедрола.

Ромео же, прохавав эту тему
Вогнал кубов 15 геры в вену
И в этой наркотической тусовке
Ромео сдох от передозировки.

Откайфовав, Джульетта увидала
Как три шприца в руке его торчало
В шприцах по кубу чисто оставалось
Она не растерялась и догналась.

И смерть обоих их соединила
И приютила их одна могила.
Два клана сразу ссоры позабыли
И поровну весь город поделили

И мирно с бизнесменов дань снимали
И больше никогда не враждовали.
На этом чтож закончу эту повесть
Её я рассказала вам на совесть

Поймите правильно мораль сего прикола
И никогда не жрите димедрола

Вильям Блейк. Тигр
(Перевод на падонковский язык)
Тигр! тигр! ужоснах!
Киса жжот в ночных лесах!
Чьею вылеплен рукой
Был готичный образ твой?
Где, в каких глубинах ночи
Загорелись эти очи?
Что за аффтар, воспарив,
Зафигачил креатифф?
Кто недрогнувшей рукою
Сердце вылепил такое?
Жил и нервов свив канат,
Не убрать посмел под кат?
Молот чей тебя ковал?
Фтопку кто твой моск кидал?
Кто дерзал сжимать клещами
Это жызненное пламя?
В час, когда с ночной звезды
Слёзы лились бесп***ы, —
Улыбалсо ль молоцца,
Склеив тигра — и агнца?!
Тигр! тигр! ужоснах!
Киса жжот в ночных лесах!
Чьей бессмертною рукой
Юзерпик был создан твой?

[ЗАПАСnik]

Налоговый инспектор

Мне позвонили в дверь настойчиво,
И я открыл узнать, чавой-то там.
Гляжу, стоит мужчина в золоте,
Затылком гладит потолок, и говорит:
«Я из налоговой, пришёл вас, дескать,
Оприходовать, а если скроете доходы вы,
То вам за это светит срок».

Ну я, конечно, сразу в панику,
Как пассажиры на Титанике -
Куда девать два телевизора
И холодильный агрегат?
А он стоит и улыбается,
И надо мною возвышается,
И уходить не собирается -
Такой вот, знаете ли, гад!

Конечно, власть теперь народная,
А значит, злая и голодная,
Но как отдать родные, кровные,
Что нажил смерти вопреки.
Мы власть и так кормили в складчину,
Как те обманутые вкладчики,
На чьи лаве госаппаратчики
Отгрохали особняки!

Но мне на зону нет резону-то,
Я ж не напрасно образованный,
А значит должен по закону я
Отдать последние гроши.
Или бежать к соседу в мафию,
Чтоб обеспечить биографию,
Но жизнь по их крутому графику
Не для моей больной души.

А он стоит такой уверенный
Под уставной пиджак обмеренный.
Ну как вспугнёшь такого мерина,
Хоть ты по жизни не Ван-Дам.
И я сказал: «Давай по доброму, а?
Разделим нажитое поровну,
А этим власть имущим боровам
Я даже клизмы не подам».

Он уходил, кляня коррупцию,
Ругая власть и конституцию
И уносил мою презумпцию
В деньгах народа США.
А я под водочку перцовую
Всё думал про визит налоговой,
Терзаясь фразой бестолковою:
Россия - щедрая душа.

Встану утром рано,
Выпью чашку ртути
И пойду подохну
В сраном институте.
Слушай, друг, не надо,
Выпей лучше чаю,
Всё равно все сдохнем,
Сессию встречая!

Если взрослого мыша
взять и, бережно держа,
напихать в него иголок -
Вы получите ежа.
Если этого ежа,
нос заткнув, чтоб не дышал,
Где поглубже, бросить в речку -
Вы получите ерша.
Если этого ерша,
головой в тисках зажав,
посильней тянуть за хвост -
Вы получите ужа.
Если этого ужа,
приготовив два ножа...
Впрочем,
он наверно сдохнет:
Но идея хороша!

Добавлено через 3 минуты
Адам и Ева

В преданьях старины глубокой
Жива одна легенда о востоке
Течет она из уст Баяна
(По - африкански он шаман и наркоман,
По жизни же лишь стихоплет и думщик)
Есть в Африке такие племена,
В простонародье каннибалами зовутся.
Они при встрече с путником бедовым,
Танцуют тумбу-юмбу вокруг лома.
Во время ритуальной пляски этой
Есть два притопа, два прихлопа, пируэты.
Блаженно воскидая руки к солнцу,
Кричат раз восемь РА , пошмыгав носом.
И если этот встречный-поперечный
Ответит тем же танцем ритуальным,
Его признают очень славным парнем,
накормят, напоят, помоют в бане.
И спать уложат с девкой негритянской!
Но! Если странник ошибется в танце,
иль жест какой покажет из трех пальцев.
Тогда для племени он будет вреден,
Зарезан, сварен, поперчен, и тут же съеден!
День ночь сменял и век за веком длился,
Обычай этот сильно упростился.
Пожатием руки и словом Здравствуй
И этим словом манускрипт марая,
Приветствую тебя, Катюха, дорогая!
В начале было слово. А дале было так:
Всевышний наш, причина мирозданья,
Соскучившись в кругу архангелов своих,

Забавы ради, принялся творить!
Как знают все сваял он человека,
И имя дал ему Адам (отпетый был он хулиган).
Адам с безделья не страдал,
В архангелов стрелял с рогатки,
Где контрабандой промышлял
И сутки отсидел за взятки.
Чтоб срок не схлопотал Адам,
Всевышний сотворил Мадам!
Дав имя звучное Лилит.
Лилит была сварливой бабой,
Порочной, скверной, косоглазой,

Приверженцей марихуаны!
Вдобавок ко всему мечтала стать путаной.
Похаживают даже слухи,
В постель тянула самого Творца!
На что Творец, за все ее заслуги,
Сослал Лилитку в Ад, где правил Сатана.
Адамка, же чудил и сквернословил
И даже кражей начал промышлять.
Угнал однажды мерс он шестисотый ,
Взломав при том Всевышнего гараж!
Не зная правил уличных движений,
На газ давил, как сумасшедший он.
А результат таких усилий всем известен:
С дороги в дуб столетний въехал он.
Очнулся наш герой в больничной койке,
Со встряхнутым желтком и сломанным ребром.
Господь, держа совет с врачами,
Решил ребро то поменять.
И в тот же день, Адамову заштопав рану,
Пошел с ребра модель ваять.
Сию модель назвал он Евой,

Воистину, он создал королеву!
Перечислять достоинства ее не будем,
Там все, за что мужчины женщин любят!
Адам, увидев Еву, изменился,
С порочным кругом завязал, угомонился.
История сия ушла бы в лету,
Имей тот случай въезда в дуб зимой.
Но из последних сведений разведки,
Случилось это в марте, по весне!
И въехал в дуб Адам на радость мужикам,
Во славу милых дам!
С тех пор тот аварийный случай
Все празднуют и воздают хвалу тому дубу!
Но чтобы женщин не обидеть,
Тот дубный день зовется Женским!

НО! Есть еще вопрос. Была бы Женщина?
Не будь у Бога, того древесного зерна?

(c)http://www.dv44-snz.narod.ru/aie.htm

[Fizzer]

Мадам, я, чисто, очарован,
Я раб, в натуре, Ваших глаз.
Базара нет, я околдован,
Мне мил конкретно образ Ваш.
Я не пойму, какого хрена,
Что, блин, со мной произошло...
В моей душе, мля, перемены
Конкретно всколыхнули всё!
Я, блин, попал, мне нет спасенья -
Сорвало башню, кипит кровь...
Я въехал в тему - нет сомнений,
Меня пробило на любовь!

***

Парней она пленяет красотой,
Им хочется к грудям ее прижаться,
И по натуре она лучше той,
Которой людям хочет показаться.
Глаза ее бездонны и чисты,
Пока что не подернуты пороком;
И лика ясного прекрасны те черты
И уши чистые нам говорят о многом.
4-ого размера грудь ее,
Коснись - затянет как зыбучее болото.
Она - невинности нежнейшее вино,
В которой захлебнуться всем охота.
Но как бы ни была она красива,
Я ей всегда предпочитаю пиво.